Случившееся в Сургуте - не случайно



Террористический акт, совершенный 18 августа в Сургуте (Ханты-Мансийский автономный округ), во многом является результатом многолетней политики региональных и местных властей.
Более десяти лет мы с коллегами отслеживали ситуацию в округе. Неоднократно по просьбе муниципальных властей мы проводили семинары, которые помогли бы исправить ситуацию в округе - если бы на то был разум руководителей и их политическая воля. Эти семинары были посвящены этнополитическим, религиозным проблемам и связанными с ними экстремистскими проявлениями. Участниками этих мероприятий были государственные и муниципальные служащие, сотрудники полиции и представители «официальной общественности».
И вот что бросалось в глаза… С одной стороны, немалое число чиновников вполне рационально и взвешено подходили к проблеме социокультурного разнообразия своих поселений. А вот их руководство, как правило, транслировало моральные паники и ксенофобию. Почему-то во всех социальных проблемах обвиняли переселившихся в округ с территорий Северного Кавказа и мигрантов из Закавказья и Средней Азии. Именно этих людей обвиняли в нехватке мест в детских садах, очередях в поликлиниках, в страхах перед вечерними улицами. Они же объявлялись виновными в вытеснении «местных» с рабочих мест. Но когда речь заходила о статистике, выяснялась другое. Конкурентами за рабочие места оказывались, скорее, выходцы из Украины и Белоруссии. Преступления совершали люди всех национальностей. Проблемы в социальной сфере, скорее были результатом т.н. оптимизации социальных услуг. Тем не менее, эти факты воспринималось в штыки, а упоминание о том, что россияне с Северного Кавказа имеют те же гражданские права, что и российские мигранты из иных областей страны, нередко вызывало скандалы.
А дальше было еще интереснее. Мы просили поднять руки тех, кто родился в автономном округе. Рук, взметнувшихся вверх, было крайне мало. Выяснялось, что заметная часть людей, присутствовавших на семинарах, – мигранты с Юга России и её центральных областей, жившие на Севере в среднем лет пять.
В этой ситуации кроется одна из социальных проблем ХМАО (да и ЯНАО) – здесь много недавно приехавших, они часто не имеют достаточного социального, а зачастую и культурного, капитала для позитивного взаимодействия друг с другом. К этому надо прибавить и то, что заметное число людей в северных городах и поселках не имеют стратегии длительного или пожизненного проживания. Это тоже приводит к тому, что они не вкладываются в создание системы общежития, не прилагают усилия к познанию друг друга.
Вот эта масса разнообразных мигрантов встречается, пугается и попадает в ситуацию фрустрационной социальной напряженности. Из этого социального множества быстро выделяются допустимые жертвы. В последние лет двадцать — это приехавшие в округа нерусские люди.
Дело в том, что в округе (да и в России в целом) фактически единственной общедоступной системой осмысления социальной действительности стал национализм, с присущей ему ксенофобией. Происходит постоянная этнизация социальных проблем. Возникающие затруднения рассматриваются не как нарушение принципов социальной справедливости, а как борьба за ресурсы с культурно чуждыми злоумышленниками.
Подобная ситуация в отдельных поселениях округа усугубляется тем, что здесь формируются своеобразные гетто. Речь не столько о совместном территориальном поселении, сколько о замыкании социального взаимодействия друг на друга. Это не удивительно: люди, приехавшие из одного села или района, как правило, начинают воспроизводить прежние социальные связи. Это позволяет преодолеть дефицит культурных и социальных ресурсов мигрантов и компенсировать отчуждение принимающим сообществом.
Эта ситуация возникновения гетто разрывает социум поселения, делает его части непрозрачными друг для друга, порождает моральные паники и ксенофобию.
В административном плане проблема геттизации северных поседений довольно простая. Для этого нужно лишь понимание ситуации и воля к её разрешению в рамках российского права и справедливости.
Именно это мы и пытались показать чиновниками, например, на семинаре февраля 2013 г., материалы которого мы публикуем для свободного доступа.
Разговоры об этих проблемах всегда были нелегки. В том же Нижневартовске нам впервые удалось разговорить «официального» имама городской мечети. Местные чиновники и сотрудники полиции наконец-то услышали о реальных проблемах, которые вызывают напряжение у мусульман города. Имам говорил о недовольстве мусульман постоянными проверками документов у людей «неевропейской» внешности, придирками к женщинам в хиджабах и мусульманам, вынужденных молиться вне мечети. Неудивительно, что недовольство мусульман Нижневартовска периодически выливалось в отчуждение их от государства. Именно здесь были антиобщественные проповеди в мечетях, сожжение там американских флагов (сопровождаемое угрозами джихада всем немусульманам), росло влияние «Хизб ут-Тахрир аль-Ислами», запрещенной к этому времени в России. Когда имам сказал всё, что он не смел сказать вслух много лет, заместитель главы города, выдавил из себя: «А чего вы нам этого раньше не говорили?».
Там же нам удалось впервые в истории города привезти ответственного сотрудника администрации в крупнейшую религиозную организацию – церковь евангельских христиан – пятидесятников. Там этот чиновник рассматривал пулевые следы в окне церкви и с удивлением соглашался с тем, что это пули не от малокалиберной винтовки, а от карабина. И он осознал, что в этом случае можно вести речь даже о террористическом акте. Полиция же не расследовала этот обстрел, т.к. речь шла о церкви «неправильных» с точки зрения властей христиан.
К сожалению, во многих городах и поселках ХМАО немало таких групп исключенных граждан России. Эксцессы в отношении людей в связи с их религиозной или этнической принадлежностью в этом субъекте Российской Федерации и ранее было немало. Одна из причин этого – националистические и религиозно-конфессиональные подходы к гражданам страны, людям вообще и приданию социальным проблемам культурной окрашенности. Подобная ситуация приводит лишь к отчуждению людей от власти и уходу в подполье любой социальной критики и связанной с ней активностью. Отсюда и более сотни татар, азербайджанцев, русских, лезгин, выходцев из Дагестана, чеченцев, мусульман-граждан России, уехавших из ХМАО на Ближний Восток, чтобы влиться в ряды человеконенавистнических исламистских организаций, созидающих там кровавый Халифат.
А пока я писал эти строки, пришло сообщение, что в Сургуте начались задержания людей неевропейской наружности и стиля одежды… Продолжение следует?

Фото: Ирина Швец/РИА Новости

Комментарии